Борьба властей с фирмами-однодневками за последние четыре года привела к двукратному сокращению числа сомнительных компаний. Сегодня около 800 тыс. компаний попадают в зону максимального риска с точки зрения уровня благонадежности.

Российский бизнес — зона недоверия. Наиболее ярко это проявляется в огромном числе сомнительных компаний, которые, обслуживая интересы теневой экономики, создают непредсказуемые риски для контрагентов.

Однако наши многолетние исследования этого феномена зафиксировали важные изменения. «Экономика обналички» сокращается, традиционных однодневок становится меньше. Увы, это совсем не значит, что места для неблагонадежных юрлиц в экономике не осталось.

Зона риска

«Ромашка», «пустышка», «живопыра», «помойка», «прокладка», «поганка» — каких только сочных наименований на бизнес-сленге не удостаивались фирмы-однодневки. В 2011 году по заказу системы «СПАРК-Интерфакс» мы завершили первое масштабное исследование «феномена однодневности».

Анализ мирового опыта оценки неблагонадежности в бизнесе и построения скоринговых моделей показал, что Россия уникальна. Учитывая многообразие выполняемых «ромашками» функций и масштаб теневого бизнеса, нам пришлось строить свою, совершенно уникальную модель, способную распознавать сомнительные фирмы.

Нужно было выявить все возможные признаки юридических лиц, которые гарантированно не заняты производством товаров и услуг, а ведут деятельность, не поддающуюся адекватному экономическому анализу. На практике — помогают минимизировать налоги, обналичивать деньги.

Всем известные признаки однодневок: массовый директор, массовый адрес, массовые учредители, массовый телефон, отсутствие отчетности, минимальный капитал — только на первый взгляд были простыми. Надо было учесть в методике фактор распространенных фамилий (Иванов, Петров, Сидоров). Оценить уровень, с которого тот или иной адрес может считаться действительно массовым. Нужно было разделить юрлица на «упрощенке» и фирмы, которые просто не имеют никакой нормальной отчетности.

Массовый телефон также не был гарантированным «криминалом». Так, в СПАРК нашлась конкретная и вполне благонадежная компания, которая имеет такой же телефон, как еще … 287 фирм.

С другой стороны, мы считали, что, если компания имеет заказы от государства, свой сайт, дочерние фирмы, то риск того, что она является однодневкой, уменьшается.

Итогом нашей работы стал в 2011 году «Индекс должной осмотрительности» (ИДО). Он показывал риск того, что компания может быть однодневкой, брошенным активом, транзакционной компанией. Рассчитали мы этот индекс в отношении всех 3,5 млн зарегистрированных тогда в России коммерческих компаний.

Обнаруженные нами масштабы «однодневного сектора», не скрою, нас потрясли: оказалось, что в зоне риска находятся свыше 1,6 млн компаний, то есть более 40% от их общего количества.

По времени запуск нашей модели совпал с активизацией Федеральной налоговой службой борьбы с однодневками. Высший арбитражный суд еще в 2006 году постановил, что налогоплательщик может понести налоговую ответственность в случае, если не может доказать, что проявил должную осмотрительность при выборе контрагента. Наказания за работу с сомнительными партнерами вскоре приобрели массовый и весьма суровый характер.

Карательные меры налоговики сочетали с повышением прозрачности: появились в открытом доступе сведения о компаниях, которые давно не платят налогов, не отвечают на письма из ФНС, расширился доступ к ЕГРЮЛ.

Приспособление — для выживания

С самого начала стало ясно, что исследование «однодневности» — это не разовое мероприятие, а начало большой и длительной работы. Ежегодно мы обновляли методику и уточняли круг потенциально неблагонадежных компаний.

Поскольку факторы однодневности стали широко известны, создатели транзакционных компаний старались под эти критерии не попасть (в очередной раз подтвердился закон, что как только мера чего-либо становится целью, которой нужно добиться, она становится объектом манипуляции).

Спустя четыре года массовый адрес с большей вероятностью принадлежит уже бизнес центру, а не недобросовестной компании. У фирм-однодневок появились работающие телефоны, по которым на звонки отвечает специально обученный человек. Есть у них даже сайты, пусть и сделанные по шаблону.

И если бы сегодня повторить классификацию юрлиц по основе нашей методики образца 2011 года, то мы имели бы все основания подумать, что число компаний со значениями ИДО в наиболее рискованной зоне снизилось в России с упомянутых 1,6 млн до всего 400 тыс. (при почти 4 млн коммерческих юрлиц в стране).

Гидра меняет обличье

Однако тем временем мы не стояли на месте. Наши исследования «фактора однодневности» позволили увеличить число принимаемых в расчет факторов в четыре с лишним раза — до более чем 40.

«Индекс должной осмотрительности» образца 2015 года показывает, что в России примерно 800 тыс. компаний попадают в зону максимального риска с точки зрения уровня благонадежности.

Тем не менее борьба российских властей с однодневками действительно привела к значительному — фактически двукратному — сокращению числа потенциально опасных фирм.

Следствием системной борьбы с однодневками стало также то, что типичный портрет компании, которая используется для ухода от налогов или обналички, сильно изменился и разнообразился.

Вот несколько свежих примеров компаний, которые попадают в нашу выборку «плохих».

Компания «Вега+», ОГРН 1658091489. Здесь все очевидно: массовые адрес и директор, минимальный уставный капитал, никакой дополнительной информации. Компания стала фигурантом крупного дела А65–12598/2010, в ходе рассмотрения которого сомнительный статус компании был подтвержден официально.

Но вот другая компания, фигурант «бутылочного дела». Налоговиками было установлено, что некое ОАО, имея возможность приобретать стеклянные бутылки по ценам реальных производителей без посредников, заключало договоры на поставку декорированных бутылок с организациями, имеющими признаки фирм-однодневок. Договоры заключались для завышения цены приобретенных ОАО бутылок. В этом деле в качестве сомнительного контрагента фигурирует компания «Кетби», ОГРН 1107746639659. У нее уже нет явных признаков «массовости». А уставный капитал цинично превышает минимальное значение на целых 3 тыс. рублей.

Есть компании, созданные специально для того, чтобы обанкротиться; компании-«тела», созданные для присоединения к ним проблемных фирм.

Каждую неделю мы узнаем о токсичных активах, которые были замаскированы в кредитных портфелях банков, потерявших лицензию.

«Живут» сайты, на которые ведут ссылки из писем, заражающих компьютеры вирусами-шифраторами. Всевозможные бот-фабрики и организаторы DDoS атак тоже имеют свои компании.

Для обслуживания виртуальной валюты bitcoin — в условиях ее нелегальности — требуются сомнительные юридические лица, которые способны обеспечить движение денежных средств. Иногда юрлиц вообще физически не существует, есть только печати.

Всем этим явление недобросовестности не ограничивается. Подойдите к любому столбу, заклеенному объявлениями. Трудовые книжки и справки 2-НДФЛ? Кредиты на любые цели за пять минут? Справки из гостиницы? Ликвидация любых юрлиц, в том числе с долгами, сложные случаи, быстро, недорого, консультация бесплатно!

Все перечисленное — предмет нашего внимания. Это те самые объекты, которые наши индекс в идеале должен уметь распознавать на основе постоянно поступающих новых данных.

Поскольку портрет однодневки — это ускользающая реальность, мы используем при расчете «Индекса должной осмотрительности» технологию распознавания образов. Такие методы как раз хорошо работают в ситуациях, когда качество данных низкое, а оцениваемые факторы неоднозначны.

Помогают и «большие данные» — постоянно расширяющийся список источников информации о компаниях. Сегодня мы можем анализировать финансовую отчетность двух миллионов компаний (в 2011 году было в три раза меньше).

Более 500 тыс. фирм участвуют в государственных и коммерческих закупках.

Мы можем анализировать судебные решения, причем не только в части факта наличия/отсутствия таких решений, но и в части качественного анализа предмета судебного спора.

Мы знаем про миллионы доменных имен и их хозяев, про проверки контрольных органов, про лицензии, объекты интеллектуальной собственности (патенты, товарные знаки), об исполнительных производствах, наличии заложенного имущества.

Очень полезной вещью является собираемая в рамках проекта «СПАРК — Мониторинг платежей» информация о реальных платежах компаний контрагентам — энергоснабжающим организациям, водоканалам, связистам, крупным дистрибуторам и т. д. Добровольный обмен этой информацией между благонадежными компаниями позволяет выявлять как раз неблагонадежных игроков и повышать доверие и прозрачность; эффективность такого обмена подтверждает опыт США и других развитых стран.

Рынок обнала: прогноз негативный

Постоянно выявляя «хорошие» и «плохие» компании, мы можем в режиме онлайн проверять адекватность существующей модели и при необходимости оперативно адаптировать ее под вновь открывшиеся обстоятельства. Для этого мы используем инструменты ex-post-тестирования, то есть проверяем, какой показатель ИДО имели у нас в базе компании, про которые мы теперь точно узнали, что они «хорошие» или «плохие».

Точность ИДО составляет на сегодняшний день около 97%, что значительно выше, чем в 2011 году. Тем не менее постоянно приходится задумываться, как модель по выявлению однодневок будет действенна в будущем.

В 2016 году однодневки станет сложнее регистрировать. В результате вступления в силу изменений в закон № 67-ФЗ от 30 марта 2015 года в течение трех лет руководителем или учредителем компании теперь не сможет стать физическое лицо, которое было руководителем или учредителем фирмы, исключенной из реестра как недействующее юрлицо с недоимкой или списанной задолженностью, либо является руководителем или учредителем фирмы, в отношении которой в реестре содержится запись о недостоверности, либо не исполнено решение суда о принудительной ликвидации.

Возможности для автоматизированной работы таких фильтров у налоговых органов уже созданы, предупредила недавно ФНС России. Налоговики получили также возможность указывать компаниям на фиктивность сведений, внесенных в ЕГРЮЛ, — например, в случае непричастности номинального директора или участника юридического лица к деятельности компании, невозможности связаться с юридическим лицом по зарегистрированному в реестре адресу. За девять месяцев 2015 года суды вынесли около 1400 решений о ликвидации юридических лиц из-за недостоверных сведений о месте их нахождения.

С 2015 года ФНС проводит также глобальную перекрестную сверку счетов-фактур по всем цепочкам контрагентов. Это радикальный шаг, который постепенно должен привести к системному исключению традиционных однодневок из хозяйственного оборота.

Как в этой ситуации будет мутировать экономика однодневок? Почти наверняка мы увидим новые, еще более новаторские формы для уже знакомого содержания.

Окончательной победы над этим злом вряд ли стоит ожидать до тех пор, пока не изменится психология российского бизнеса. И пока взаимное доверие не станет в нем главным активом.

В немецком Институте экономики труда подсчитали, что одна пятая часть объема ВВП на душу населения приходится на доверие. Интересно, что это сейчас примерно соответствует доле однодневок в нашей экономике.

Источник: Журнал «Эксперт» №49 (967)

 

Подписаться на рассылку о новых статьях